П. ТЕЙЯР ДЕ ШАРДЕН ФЕНОМЕН ЧЕЛОВЕКА


Мысль. Возникновение мысли

С чисто позитивистской точки зрения человек – самый таинст­венный и сбивающий с толку исследователей объект науки. И сле­дует признать, что в своих изображениях универсума наука дейст­вительно еще не нашла ему места. Физике удалось временно очер­тить мир атома. Биология сумела навести некоторый порядок в конструкциях жизни. Опираясь на физику и биологию, антрополо­гия в свою очередь кое-как объясняет структуру человеческого тела и некоторые механизмы его физиологии. Но полученный при объе­динении всех этих черт портрет явно не соответствует действитель­ности. Человек в том виде, каким его удается воспроизвести сего­дняшней науке, - животное, подобное другим. По своей анатомии он так мало отличается от человекообразных обезьян, что совре­менные классификации зоологии, возвращаясь к позициям Линнея, помещают его вместе с ними, в одно и то же семейство гоминоидных. Но если судить по биологическим результатам его появления, то не представляет ли он собой как раз нечто совершенно иное?

Ничтожный морфологический скачок и вместе с тем невероят­ное потрясение сфер жизни – в этом весь парадокс человека... По­этому совершенно очевидно, что в своих реконструкциях мира нынешняя наука пренебрегает существенным фактором, или, лучше сказать, целым измерением универсума.

<...>

Для окончательного решения вопроса о «превосходстве» чело­века над животными (его необходимо решить в интересах этики жизни, так же как в интересах чистого знания...) я вижу только одно средство – решительно устранить из совокупности человече­ских поступков все второстепенные и двусмысленные проявления внутренней активности и рассмотреть центральный феномен - реф­лексию.

С точки зрения, которой мы придерживаемся, рефлексия – это приобретенная сознанием способность сосредоточиться на самом себе и овладеть самим собой как предметом, обладающим своей специфической устойчивостью и своим специфическим значени­ем, - способность уже не просто познавать, а познавать самого себя; не просто знать, а знать, что знаешь. Путем этой индивидуа­лизации самого себя внутри себя живой элемент, до того распы­ленный и разделенный в смутном кругу восприятии и действий, впервые превратился в точечный центр, в котором все представ­ления и опыт связываются и скрепляются в единое целое, осоз­нающее свою организацию.

Каковы же последствия подобного превращения? Они необъ­ятны, и мы их так же ясно видим в природе, как любой из фактов, зарегистрированных физикой или астрономией. Рефлектирующее существо в силу самого сосредоточивания на самом себе внезапно становится способным развиваться в новой сфере. В действитель­ности это возникновение нового мира. Абстракция, логика, обду­манный выбор и изобретательность, математика, искусство, рас­считанное восприятие пространства и длительности, тревоги и мечтания любви... Вся эта деятельность внутренней жизни - не что иное, как возбуждение вновь образованного центра, воспламеняю­щегося в самом себе...

И вот мы прямо перед тем, чего ожидали... Представляя собой возрастание сознания, жизнь не могла бесконечно продвигаться вперед по своей линии, не преобразуясь в глубину. Как всякая воз­растающая в мире величина, она должна была, утверждали мы, чтобы остаться самой собой, стать иной. Здесь в достижении реф­лектирующей способности обнаруживается более четко опреде­лимая, чем тогда, когда мы проникли в смутную психику первых клеток, особенная и критическая форма трансформации, в которой состояло для жизни это сверхизобретение или это возрождение. И вместе с тем в этой единственной точке вновь выступает, резю­мируется и уясняется вся кривая биогенеза.

<...>

...Едва родившись, ребенок должен дышать – иначе он умрет. Подобно этому рефлектирующий психический центр, однажды сосредоточившись на себе, может продолжать существование лишь путем единого двустороннего развития, которое состоит в дальнейшем самососредоточении путем проникновения в новое пространство и одновременно в сосредоточении вокруг себя ос­тального мира, путем установления в окружающей реальности все более стройной и лучше организованной перспективы. Не непод­вижно застывший очаг, а водоворот, все более углубляющийся путем втягивания жидкости, в которой он возник. «Я», которое сохраняется, лишь становясь все более самим собой, по мере того, как оно делает собой все остальное...

<...>

...Начиная с расплывчатых контуров молодой Земли, мы бес­прерывно прослеживали последовательные стадии одного и того же великого процесса. Под геохимическими, геотектоническими, геобиологическими пульсациями всегда можно узнать один и тот же глубинный процесс - тот, который, материализовавшись в первых клетках, продолжается в созидании нервных систем. Геогенез, сказали мы, переходит в биогенез, который в конечном счете не что иное, как психогенез.

С критическим переходом к рефлексии раскрывается лишь сле­дующий член ряда. Психогенез привел нас к человеку. Теперь психогенез стушевывается, он сменяется и поглощается более вы­сокой функцией – вначале зарождением, затем последующим раз­витием духа – ноогенезом. Когда в живом существе инстинкт впервые увидел себя в собственном зеркале, весь мир поднялся на одну ступень...

...Геологи давно единодушно допускают зональность структу­ры нашей планеты. Мы уже упоминали находящуюся в центре металлическую барисферу, окруженную каменистой литосферой, по­верх которой в свою очередь находятся текучие оболочки гидро­сферы и атмосферы. К четырем покрывающим друг друга обо­лочкам со времени Зюсса наука обычно вполне резонно прибав­ляет живую пленку, образованную растительным и животным войлоком земного шара, - биосферу, неоднократно упомянутую в этой книге. Биосфера – в такой же степени универсальная оболоч­ка, как и другие «сферы», и даже значительно более индивидуали­зированная, чем они, поскольку она представляет собой не более или менее непрочную группировку, а единое целое, саму ткань генетических отношений, которая, будучи развернутой и подня­той, вырисовывает древо жизни.

Признав и выделив в истории эволюции новую эру ноогенеза, мы соответственно вынуждены в величественном соединении зем­ных оболочек выделить пропорциональную данному процессу опору, т.е. еще одну пленку. Вокруг искры первых рефлекти­рующих сознании стал разгораться огонь. Точка горения расши­рилась. Огонь распространился все дальше и дальше. В конечном итоге пламя охватило всю планету. Только одно истолкование, только одно название в состоянии выразить этот великий фено­мен – ноосфера. Столь же обширная, но, как увидим, значительно более цельная, чем все предшествующие покровы, она действи­тельно новый покров, «мыслящий пласт», который, зародившись в конце третичного периода, разворачивается с тех пор над миром растений и животных - вне биосферы и над ней.

Здесь-то и выступает ярко диспропорция, искажающая всю классификацию живого мира (и косвенно все строение физическо­го мира), при которой человек логически фигурирует лишь как род или новое семейство. Извращение перспективы, которое обезличивает и развенчивает имеющий универсальное значение феномен! Для того чтобы предоставить человеку его настоящее место в природе, недостаточно в рамках систематики открыть до­полнительный раздел – даже еще один отряд, еще одну ветвь... Несмотря на незначительность анатомического скачка, с гоминизацией начинается новая эра. Земля «меняет кожу». Более того, она обретает душу. Следовательно, если сопоставить ее с другими явлениями, взятыми в их истинных размерах, историческая сту­пень рефлексии имеет более важное значение, чем любой зооло­гический разрыв, будь то разрыв, отмечающий возникновение четвероногих или даже самих многоклеточных. Среди последова­тельных этапов, пройденных эволюцией, возникновение мысли непосредственно следует за конденсацией земного химизма или за самим возникновением жизни и сравнимо по своему значению лишь с ними.

Парадокс человека разрешается, приобретая огромное значение!

<...>

Самый проницательный исследователь нашей современной науки может обнаружить здесь, что все ценное, все активное, все прогрессивное, с самого начала содержавшееся в космическом лоскуте, из которого вышел наш мир, теперь сконцентрировано в «короне» ноосферы.

И высокопоучительна (если мы умеем видеть) констатация то­го, сколь незаметно в силу универсальной и длительной подго­товки произошло такое громадное событие, как возникновение этой ноосферы.

Сверхжизнь. Коллективный выход

...И здесь мы возвращаемся к тому пункту проблемы, куда при­вел нас должным образом установленный до этого факт слияния человеческих мыслей. Как коллективная... реальность, человечест­во может быть понято лишь в той мере, в какой мы выходим за пределы его телесных, осязаемых конструкций и попытаемся оп­ределить специфический тип сознательного синтеза, возникаю­щий из его трудолюбиво и искусно созданной концентрации. В конечном счете человечество определимо именно как дух.

<...>

...Стоит выработать совершенно реалистический взгляд на ноосферу и гиперорганическую природу социальных связей, как нынешнее состояние мира становится более понятным, ибо обна­руживается очень простой смысл в глубоких волнениях, колеб­лющих в настоящий момент человеческий пласт. Двойной кризис, уже всерьез начавшийся в неолите и приближающийся к своему максимуму на нынешней Земле, прежде всего связан, об этом уже говорилось, с массовым сплочением (с «планетизацией», можно бы сказать) человечества: народы и цивилизации достигли такой сте­пени периферического контакта, или экономической взаимозави­симости, или психической общности, что дальше они могут расти, лишь взаимопроникая друг в друга. Но этот кризис связан также с тем, что мы присутствуем при громадном выходе наружу незаня­тых сил, возникших под комбинированным влиянием машины и сверхвозбуждения. Современный человек не знает, что делать со временем и с силами, которые он выпустил из своих рук. Мы сто­нем от этого избытка богатств...

<...>

Сверхжизнь. Завершающий этап Земли

...Я предполагаю, что нашей ноосфере предназначено обособ­ленно замкнуться в себе и что не в пространственном, а в психиче­ском направлении она найдет, не покидая Земли и не выходя за ее пределы, линию своего бегства.

И здесь совершенно естественно вновь выступает понятие из­менения состояния.

В нас и через нас ноогенез постоянно поднимается ввысь. Мы выявили основные моменты этого подъема – сближение крупинок мысли; синтез индивидов и синтез наций и рас; необходимость существования автономного и верховного личного очага для объ­единения элементарных личностей без искажения и в атмосфере активной симпатии. Все это, отметим еще раз, под совместным воздействием сферической кривизны Земли и космической конвергентности духа существует в соответствии с законом сложно­сти и сознания.

Ну так вот, когда в результате скопления достаточного множе­ства элементов это существенно конвергентное развитие достига­ет такой интенсивности и такого качества, что для дальнейшего своего объединения человечество, взятое в целом, должно, как это случилось с индивидуальными силами инстинкта, в свою очередь, «пунктуально» осознать само себя (то есть в данном случае поки­нуть свою органо-планетарную опору и эксцентрироваться к трансцендентному центру своей возрастающей концентрации), тогда-то и наступит для Духа Земли финал и увенчание.

Конец света – внутренний возврат к себе целиком всей ноосфе­ры, достигшей одновременно крайней степени своей сложности и своей сосредоточенности.

Конец света – переворот равновесия, отделение сознания, в конце концов достигшего совершенства, от своей материальной матрицы, чтобы отныне иметь возможность всей своей силой по­коиться в боге-омеге.

Конец света – критическая точка одновременного возникнове­ния и обнаружения, созревания и ускользания.

Тейяр де Шарден П. Феномен чело­века. – М., 1987. - С. 133-186.