Исследование проблемы би-полилингвизма в аспекте интеллектуально-речевого развития школьников


Развитие международных контактов приводит к использованию второго, третьего языков в определенных целях. Так появляется билингвизм (полилингвизм, мультилингвизм) и развивается двуязычная (полиязычная) личность, которая должна ориентироваться во все увеличивающемся потоке информации, уметь воспринимать, перерабатывать ее на разных языках. Современный Казахстан представляет собой объединение множества различных языков и культур, среди которых государственный казахский, и официальный русский, и иностранный английский языки составляют основу формирования би-полилингвальной личности, способной к саморазвитию средствами двух-трех (и более) языков.

Билингвизм (двуязычие) относится к языковому явлению, непосредственно связанному с языковыми контактами, характерными для полиэтнического социума. Изучение этих контактов в современной лингвистике представляет собой самостоятельное направление, называемое контактной лингвистикой, основателем которой является выдающийся ученый Уриэль Вайнрайх.

Билингвизм (двуязычие) – овладение и пользование двумя языками одновременно, например, казахско-русское двуязычие, русско-французское двуязычие. Владение литературным языком и диалектом также признается двуязычием.

Общее определение понятия билингвизма, или двуязычия, сводится к признанию речевых механизмов, позволяющих человеку использовать для общения две языковые системы. Однако до настоящего времени не существует единого определения понятия билингвизма, что свидетельствует об объективных трудностях, возникающих при анализе этого сложного и многогранного явления. Некоторые ученые двуязычием называют использование нескольких языков одними и теми же лицами в зависимости от ситуации общения (Г. А. Зограф, Н. Б. Мечковская).

Проблемой билингвизма занимается целый ряд наук, а билингвология является общенародной наукой. В связи с этим выделяют лингвистический, психологический, социологический, социолингвистический, психолингвистический, педагогический и литературоведческий аспекты изучения билингвизма. Как же влияет двуязычие на интеллектуальное развитие личности?

Проблема билингвизма рассматривается с различных точек зрения: философской (К. Х. Ханазаров, М. С. Джунусбеков, Д. И. Дешериев, И. Ф. Протченко, М. Н. Губогло, М. И. Исаев, А. Е. Карлинский и др.), социологической (К. Х Ханазаров), социолингвистической (В. Ю. Розенцвейг), психологической (Е. М. Верещагин), психолингвистической (У. Вайнрайх, Ю. А. Жлуктенко), филологической (Н. Г. Михайловская, Б. Х. Хасанова). Несомненно, все названные направления способствуют решению проблемы би-полилингвизма в определенном аспекте.

Многоаспектность и сложность такого явления как билингвизм, в значительной степени повлияли на то, что в лингвистической литературе появилось множество зачастую прямо противоположных определений самого понятия двуязычия. Этот факт объясняется, по–видимому, тем, что некоторые исследователи этой комплексной проблемы рассматривают билингвизм лишь с определенной, узкоспецифической точки зрения.

Лингвистическое толкование билингвизма уделяет внимание степени владения вторым языком, когда двуязычный индивид должен владеть неродным языком приблизительно в той же степени, что и родным. Определение У. Вайнрайха как «практики попеременного пользования двумя языками …, а лиц, ее осуществляющих, двуязычными» [84, с. 22] в этом смысле считается одним из удачных. Различные определения понятию билингвизима дали В. Ю. Розенцвейг, Л. Х. Даурова, Ж. Марузо, О. С. Ахманова, К. З. Закирьянов, утверждавшие, что качественное, в совершенстве, овладение двумя-тремя языками реальное явление. Противоположной точки зрения по этому вопросу придерживались Л. Г. Членов, М. П. Алексеева, Ю. О. Жлуктенко, А. И. Холмогоров, утверждавшие, что одинаково хорошо говорящих на двух и более языках людей очень мало.

Двуязычие, которое предполагает равную или приближающуюся к равной степень владения и употребления как в речи, так и в мыслительном процессе двух языков, регулярно взаимодействующих друг с другом в важнейших сферах общественной деятельности, считает правильным В. А. Аврорин. Дж. Фишман считает, что при характеристике того или иного типа двуязычия следует всегда учитывать и политические, экономические и культурные факторы. Поэтому, по его мнению, нет никакой необходимости давать общее определение билингвизма, так как существуют различные типы двуязычия, которые нельзя подвести под какую-то единую универсальную модель [85, с. 148].

В основе социологического определения двуязычия лежит критерий практики, где свободное владение вторым языком не играет существенной роли, поскольку это способность и возможность достижения взаимопонимания между билингвами в процессе производства материальных благ, это реализация общественных функций, которые осуществляются двумя контактирующими языками.

Социологический аспект билингвизма рассматривали Ю. Д. Дешериев и И. Ф. Протченко, определяя билингвизм как «знание двух языков в известных формах их существования в такой мере, чтобы выражать и излагать свои мысли в доступной для других форме … а также умение воспринимать чужую речь с полным пониманием [87, с. 35]. К. Х. Ханазаров говорит о взаимосвязи социологического и лингвистического толкования: «Двуязычие в его социологическом толковании будет постепенно перерастать в двуязычие в его лингвистическом толковании, т. е. нерусские народы СССР будут овладевать двумя языками в совершенстве» [88, с. 124].

Социолингвистическую трактовку двуязычия дает З. У. Блягоз, определяя билингвизм как «умение, навык, позволяющие человеку, или народу в целом, или его части попеременно пользоваться (устно или письменно) двумя разными языками в зависимости от ситуации и добиваться взаимного понимания в процессе общения» [89, с. 50]. Такой же установки придерживаются А. Д. Швейцер и Л. Б. Никольский [90, с. 111], Т. П. Ильяшенко, рассматривая билингвизм как социальное явление [91, с. 23].

Психологическую точку зрения на билингвизм выражал Э. Хауген, считая, что «центр, средоточие билингвизма – в мозгу индивида. Поэтому психологическое изучение билингвизма должно занимать центральное место» [92, с. 220]. Такого же мнения придерживается С. В. Семчинсий: «Двуязычие – это сложное объединение двух языковых структур в сознании билингва» [93, с. 17].

Особый интерес для реализации ИРРШБПпредставляет определение билингвизма, данного Е. М. Верещагиным как психического механизма (знания, умения, навыки), позволяющего человеку воспроизводить и порождать речевые произведения, последовательно принадлежащие двум языковым системам [94, с. 134]. В этом определении акцент делается на текстовую деятельность, которая способствует формированию интеллектуально-речевых умений на двух языках в результате межпредметной интеграции.

Важно учитывать как социолингвистические, так и психолингвистические факторы в определении билингвизма. Попытку объединить эти явления сделал А. Е. Карлинский, называя билингвизмом практику попеременного использования двух языков в процессе речевой деятельности одним и тем же человеком, принадлежащим к определенной языковой общности» [95, с. 9]. О чрезвычайной трудности универсального определения двуязычия говорил И. Х. Мусин, имея в виду учет как индивидуальных особенностей каждого билингва в отдельности, так и сложный характер функционирования больших групп людей в том или ином обществе, так как … приходится учитывать и роль политических, экономических и культурных факторов при рассмотрении языковой ситуации в той или иной стране [96, с. 7].

По определению Е. М. Верещагина, человек, способный употреблять в ситуациях общения две различные языковые системы, - билингв, а совокупность соответствующих умений – билингвизм. Человек, способный пользоваться только одной языковой системой, только родным языком, может быть назван монолингвом [94].

Социальные источники (причины) возникновения би- и полилингвизма заключаются в видах контактов. Это:

- общность территории проживания людей разных национальностей (смешанное население);

-эмиграция и иммиграция по политическим, экономическим причинам;

- экономические, культурные связи, туризм и, увы, войны;

- образование и наука: неродные иностранные языки изучаются во всех странах в средних школах и вузах, в семьях, методом самообразования и пр. [97, с. 98-99].

Но называться билингвом, по мнению М. Р. Львова, дает право только полный набор «шагов» речевого акта на втором языке – речевая интенция, подготовка содержания, выбор слов, грамматическое маркирование, кодовый переход на акустическую или графическую формы речи, хотя «такому строгому критерию отвечают сравнительно немногие…» [там же, с. 97].

Названные виды контактов формируют двуязычную (полиязычную) личность. По определению М. Кондубаевой, двуязычная личность – это индивид, владеющий двумя языковыми кодами, двумя средствами общения, двумя мыслительными орудиями [98, с. 36]. Поэтому двуязычие представляется многим исследователям как увеличение возможностей индивида, повышение интеллектуального уровня личности, а преимущества двуязычного обучения составляют: «знание нескольких языков, возможность взаимного понимания и социальной интеграции» [99].

Сложившаяся за последние два столетия теория и методика обучения неродным языкам занимается разработкой серьезных проблем билингвизма: сравнительное, сопоставительное изучение преподаваемого и родного языков в областях фонологии, грамматики, лексики и словообразования и пр.; исследование интерференции родного языка при изучении иностранного и поиск путей преодоления интерференции; описание изучаемого языка в учебных целях и отбор теоретического и практического материала для изучения, включения в учебники и пр.; обоснование методов изучения неродных языков, их проверка, сравнительное изучение эффективности того или иного метода; разработка практических методик и так называемых технологий обучения; исследование психолингвистических основ усвоения второго, третьего языков, исследование механизмов их взаимодействия, в частности перевода с языка на другой язык; исследование путей формирования так называемого раннего детского билингвизма и др. [97, с. 99]. Однако в методической традиции нет конкретного рассмотрения проблемы интеллектуально-речевого развития школьников в условиях би-полилингвизма.

В советскую эпоху вопросы билингвизма, связанные с культурой русской речи, изучались многими лингвистами и методистами (А. В.Миртов, В. М.Чистяков, М. М. Михайлов, Н. И. Семашко, Ю. Д. Дешериев, В. П. Григорьев, М. Н. Исаев, Г. А. Махароблидзе и др.). В работе «Культура русской речи и исправление типичных ошибок чувашей» М. М. Михайловым дано описание фонетических, морфологических, синтаксических и лексических ошибок. Основной причиной лексических и стилистических ошибок, по его мнению, является буквальный перевод слов и выражений родного языка для выражения мысли на чужом языке [100, с. 74].

Устранение и предупреждение типичных лексических ошибок возможно при систематической словарной работе и неустанном изучении словарного состава русского языка. Особого внимания требуют синонимические и омонимические средства русского языка, а также идиомы и фразеологические обороты. Работе по переводу, способствующему изучению словарного состава русского языка, М. М. Михайлов отводит особое место. Перевод как «истинная и единственная школа стилистики» (В. Г. Белинский) «вскрывает разницу между лексическими и грамматическими категориями родного и чужого языка» [там же].

Отсюда представляется правомерным в рамках нашего исследования использование перевода учебного текста на второй язык как одного из важных приемов интеллектуально-речевого развития школьников в условиях двуязычия и трехъязычия.

Определенный вклад внесли в изучение данной проблемы и ведущие ученые и методисты республики (Х. М. Махмудов, Д. Т.Турсунов, Н. А. Канцев, В. П. Лепилов, Г. А. Мейрамов, Х. А. Бекмухамедова, Г. Ф. Гуревич, Э. Д. Сулейменова, Н. Ж. Шаймерденова и др.).

В советской лингвистике актуальными оказались вопросы, связанные с использованием русского языка как средства межнационального общения, берущие основу из общей теории языковой эволюции (Е. Д. Поливанов), что говорит о сложности и многообразии социального контекста функционирования современного русского языка (Л. П. Крысин). Данное обстоятельство связывается с наличием регионального варьирования на разных уровнях языка. Варьирование обусловлено как языковыми, так и внешними факторами: социальными, культурными, этническими и психологическими. Достаточно сложной проблемой при двуязычии является производство речи. Изучение варьирования языка в условиях двуязычия необходимо для разработки оптимальных методов и приемов обучения второму языку, что в конечном счете может привести к эффективной познавательной деятельности на этом языке.

Вопрос о двуязычии как наиболее сложный в сфере культурно-языковой политики и межнациональных отношений, выдвигая на первый план его нравственный аспект, рассматривает Ю. А. Шмелев. Он говорит о необходимости отказа от терминологии типа «национально-русское» или «русско-национальное» двуязычие, говоря о практическом гуманизме межнациональных отношений [102, с. 93].

Таким образом, проблема интеллектуально-речевого развития школьников в условиях би-полилингвизма в методической традиции не рассматривалась.